?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

''Юрий Сергеевич Сапожников, заведовавший кафедрой судебной медицины, пользовался особой симпатией студентов старших курсов. Я хорошо знал Юрия Сергеевича не только как преподавателя в период студенчества, но и как заведующего кафедрой, когда сам работал в КМИ, и как близкого друга Льва Ивановича. Помню, как вечерами накануне выходных дней, а нередко и в выходные, он и его жена Агнесса Михайловна Гамбург – судебный медик, профессор кафедры – приходили на квартиру к Льву Ивановичу. Благо, она находилась в том же доме, где жили Сапожниковы, этажом выше. И начиналась игра в преферанс, заканчивавшаяся, как правило, далеко заполночь. Обе семейные пары отдавались этой игре с огромным удовольствием и азартом. Радовались, как дети, когда выигрывали, и огорчались, хотя и скрытно, когда игра не шла или проигрывали. Затем следовал ритуал поздней или не очень поздней (если играли в воскресный день) трапезы не без возлияний, которые, что греха таить, любили и Лев Иванович, и Юрий Сергеевич. Особенно последний. Об этом его увлечении было хорошо известно и нам, студентам, и сотрудникам кафедры, и даже некоторым работникам киевских кафе и ресторанов, которые Юрий Сергеевич часто посещал и где к нему относились с большим почтением.
Помню, как не однажды после таких посещений к нему наведывались швейцар или гардеробщик этих заведений, приносили забытую трость или шляпу, а иногда и профессорский габардиновый плащ (тогда они были в моде), оставленный им на спинке стула или на вешалке. Получив соответствующее вознаграждение, принесший забытую вещь удалялся с чувством выполненного долга с тем, чтобы несколькими днями позже повторить визит. И всякий раз эти пришельцы свидетельствовали не только уважение, но и нескрываемую симпатию к профессору.
Действительно, Юрий Сергеевич был на редкость демократичной и широкой натурой. По-видимому, сказывалось то обстоятельство, что еще в юные годы он участвовал в спектаклях Саратовского театра оперетты, владел приятным баритоном. Театральные люди, особенно в прошлом, как известно, отличаются широтой общения, открытостью и доступностью.
Однако при выборе своей основной профессии Юрий Сергеевич пошел по стопам отца – судебного медика. Будучи гимназистом, он начал посещать секцию при кафедре судебной медицины Саратовского университета, а после окончания гимназии поступил на медицинский факультет. И совмещал учебу с работой препаратора при кафедре судебной медицины, а затем по совместительству – служителя морга. К моменту окончания института Юрий Сергеевич был достаточно подготовлен в области судебной медицины, владел искусством вскрытия трупов с целью последующей экспертизы, провел первую научную работу об установлении смерти от механического удушения. Его по конкурсу зачислили на кафедру судебной медицины, а вскоре он получил и второе назначение – судебно-медицинским экспертом города Саратова.
С тех пор вся его деятельность была посвящена практической судебно-медицинской экспертизе и преподавательской работе. С 1936 года он – бессменный руководитель кафедры судебной медицины КМИ, одновременно на протяжении 17 лет он был главным судебно-медицинским экспертом Украины, три года возглавлял Киевский научно-исследовательский институт судебной экспертизы.
Из сотрудников его кафедры хорошо помню, кроме упомянутой Агнессы Михайловны Гамбург, И.В. Крыжановскую, С.П. Дидковскую, Ирину Концевич, которая после смерти Юрия Сергеевича возглавила кафедру; Филиппа Дворцина, в последующем руководителя кафедрой судебной медицины на медицинском факультете Ужгородского университета; Станислава Джигору, прошедшего Великую Отечественную войну. С ним я был в дружеских отношениях и хотел бы заметить, что человеком он был порядочным и скромным. Правда, любил, по примеру своего учителя, иногда излишне крепкие напитки, но вел себя всегда весьма сдержанно. Помнится (до сих пор не пойму, в чем дело), выпив, Станислав любил произносить «Гвадалахара» и названия других испанских городов. Некоторые полагали, что он в свое время участвовал в составе интернациональной бригады в испанских событиях, но мне это неизвестно. Знаю только, что на войне он был в польских частях, которые воевали вместе с Советской армией.
Возвратимся к Юрию Сергеевичу. Лекции его студенты всегда воспринимали с большим интересом: случаи из богатой судебно-медицинской практики, о которых он красочно и подробно рассказывал, запоминались на многие годы. Приведу очень кратко два из таких рассказов.
Первый относился к периоду учебы в Саратовском медицинском институте, которую Юрий Сергеевич совмещал с ночным дежурством в городском морге. Однажды ночью во время его дежурства был доставлен труп уголовника, застреленного сотрудниками милиции при попытке к бегству. Милиционер ушел, а через некоторое время из трупохранилища, где среди других трупов находился застреленный, раздались стоны и крики, затем в дверях появился и недавно поступивший в морг «покойник». Ситуация была настолько впечатляющая, что будущий судебный медик не удержался от громкого крика. В морг прибежали люди и помогли переправить шатающегося от потери крови «покойника» в тюремную больницу. Этот случай описан Ю.С. Сапожниковым в его «Воспоминаниях судебного медика», изданных в Киеве издательством «Здоров’я» в главе «Знакомство с судебной медициной».
Второй запомнившийся мне случай, о котором рассказал на лекции Юрий Сергеевич, относится к периоду его работы в качестве судебно-медицинского эксперта, тоже не менее курьезен. Дело в том, что Юрий Сергеевич, читая лекции не только студентам, но и периодически работникам правоохранительных органов, настоятельно рекомендовал им не трогать и, тем более, не проводить каких-либо действий в отношении покойника, обнаруженного на месте происшествия. Однажды, будучи вызванным в связи со случаем самоубийства, как ему сообщили из милиции, он застал на месте происшествия странную картину. Тесным полукругом стояли под люстрой в небольшом помещении несколько милиционеров и на вытянутых руках держали на весу толстого мужчину. Оказалось, что тот пытался покончить с собой, повесившись на люстре, но был, к счастью, сразу же обнаружен сослуживцами. Они вызволили его из веревочной петли, но, по настоянию милиционера, дежурившего на проходной этого учреждения, с места не тронули. Не тронули в буквальном смысле, поскольку милиционер и его товарищи, прибывшие из отделения на подмогу, уверили их в том, что в недавней лекции профессор Сапожников запретил им перемещать труп с места его обнаружения до прибытия судебно-медицинского эксперта. Так и стояли они, держа на весу несостоявшегося самоубийцу, на шее которого продолжала оставаться веревочная петля. Эту красочную картину дополнял не менее колоритный диалог между «героем» и милиционерами. Последние, не боясь крепких слов, ругали его за то, что вынуждены удерживать его на весу, а виновник происшествия ругал своих спасителей, угрожая, что все равно покончит с собой. Застав такую картину, Юрий Сергеевич был крайне раздосадован буквальным восприятием требования о том, что «следует оставлять труп на том месте, где он был найден», объяснив рьяным ученикам, что в данном случае ведь трупа-то нет. Однако полного понимания у бывших слушателей он, увы, не встретил. Как не вспомнить здесь одну из сентенций незабываемого Остапа Бендера, полагавшего, что «милиционеры могут быть приравнены к детям».
Интересным лектором и человеком, понимающим юмор, был Юрий Сергеевич. Передо мной подаренная мне книга его воспоминаний, упомянутая выше, с дарственной надписью: «Дорогому другу и ученику от любящего его автора». И дата «10.VII.1966 года». С того времени прошло 40 лет! Трудно даже поверить в это. Кажется, совсем недавно он вручал мне книгу широким жестом без слов, заговорщицки приглашая отметить это событие.''

Tags:

Profile

mariannarad
mariannarad

Latest Month

June 2013
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      
Powered by LiveJournal.com
Designed by Taylor Savvy